Эта неделя, вполне возможно, определит интригу президентских выборов 2022 года во Франции. Съезд Республиканцев должен назвать своего кандидата после партийных праймериз 4 декабря. А перед этим произошло событие, которого сильно ждали – о выдвижении заявил публицист Эрик Земмур, резкие выступления которого в защиту «французских ценностей» задали нерв кампании и стоили ему множества ярлыков, от «крайне правого» до «промосковского». Свою программу он может озвучить на митинге в воскресенье.
«В ожидании Эрика» – так, возможно, назовут первый этап французской президентской кампании. Все ждали выдвижения «почти-кандидата», но тот опять удивил: смешав за два месяца карты «завсегдатаям» президентских выборов, он выдержал паузу и выдвинулся, когда начал… «сдуваться». Нормальный процесс, уверяют в окружении публициста, ведь по нам стали палить из всех орудий. Однако многие аналитики склоняются к другому диагнозу: а что если «почти-кандидат» просто устал?
Накануне решающей недели соцопросы ставили его на третье место с 12-15% после Эмманюэля Макрона с 25-27 % и Марин Ле Пен с 19-20% (это после октябрьских рекордов, когда он уверенно выходил на второе). Само по себе это почти подвиг для претендента, о котором пару месяцев назад и не знали, но прорыва во второй тур выборов в апреле 2022-го не гарантирует. Напомним, что именно на ожидании такого прорыва и строился «феномен Земмура». В отличие от Марин Ле Пен, которую будущий президент (как и его предшественники) легко обошел в очной дуэли в 2017-м, победив сначала в теледебатах, а потом и в ходе голосования, от профессионального телевизионного полемиста и «свежего» человека, озабоченного «настоящими проблемами» Франции, ждали интриги. Так откуда же сбои? Французские аналитики, указывают, прежде всего, на саму систему отбора кандидатов в стране. Вот ключевые детали.
У «возмутителя спокойствия» нет необходимой поддержки на уровне народных избранников на разном уровне, от национального до муниципального. Каждый кандидат должен собрать не менее 500 подписей депутатов, мэров, советников (их имена становятся известны), а сторонники Земмура в момент его максимальной популярности в октябре рассчитывали на 200 – 250. Впрочем, это проблема всех, кто не вписан в истэблишмент: Ле Пены, что дочь, что отец, собирали заветные подписи до последнего момента, отведенного для официальной регистрации.
Далее. Никто из крупных политиков так и не примкнул к «почти-кандидату». Большие надежды по этой части связано с Республиканцами, правоцентристской партией, выдвинувшей в 2017 году кандидатом популярного экс-премьера Франсуа Фийона. К их праймериз (пройдут 2 и 4 декабря) и приурочено выдвижение кандидатуры Земмура. Речь, по сути, о борьбе за «фийоновское наследство» – более 40 % из тех, кто пять лет назад проголосовал за экс-премьера, Земмуру симпатизируют. Какой будет расклад после праймериз, неясно, но если сторонники классического правого кандидата выскажутся за «почти-кандидата», оснований говорить о том, что он крайне правый, станет значительно меньше.
Наконец, сам Земмур так и не обзавелся политической машиной, способной таранить редуты истэблишмента и в то же время – уберегать от нападок и срывов. Последний пример. Под конец «предкампании», в ходе которой публицист разъезжал по Франции, представляя свою последнюю книгу, скандальный журнал Closer сообщил о возможной беременности главного действующего лица в группе «Друзей Эрика Земмура», экс-сотрудницы Счетной палаты 28-летней Сары Кнафо. Еще до этого журнал Paris Match сфотографировал ее на пляже с «почти-кандидатом», у которого трое детей и который отстаивает традиционные ценности…
Впрочем, все это из серии «а кто говорил, что будет легко?»…