В глазах неспециалистов SWIFT выглядит самым мощным способом отрезать банковскую систему РФ от мировых финансов. Однако это невозможно сделать, если не отрезать ее от глобальных цепочек поставок. В случае Европы — от поставок энергоресурсов.
Об этом пишет руководитель программы «Геоэкономика» Немецкого общества внешней политики Шахин Вали.
Импортеры природного газа прекрасно знают об этом — именно поэтому они не были готовы лишить Москву доступа к SWIFT. В итоге возобладала позиция “лишить, но с исключениями” (в энергетической сфере), из-за которой вся эта конструкция теряет смысл. Иными словами, эта и все прочие аналогичные санкции, в том числе запрет на транзакции в долларах, что теоретически гораздо сильнее, чем запрет на SWIFT, так и останутся беззубыми, если Запад не распространит их на торговлю углеводородами.
Что касается заморозки активов ЦБР — да, США и Евросоюз тем самым отрезали Россию от международной финансовой системы. Это подрывает способность Москвы использовать свои валютные резервы, большая часть которых размещена за рубежом. Но здесь важны три нюанса.
Первый — способность России мобилизовать резервные активы в дружественных юрисдикциях, например в Китае. Второй — будущие суды, которые могут смягчить западную заморозку. Третий — поток новых валютных поступлений в Россию от продажи нефти и газа, которые сегодня, по подсчетам Робина Брукса, достигают 20 млрд долларов в месяц.
Этот последний нюанс во многом зависит от того, насколько Евросоюз способен нормировать у себя газ, но пока это мало кем обсуждается.
Да, западные санкции могут сильно навредить России. Они способны привести к невиданному падению рубля, нехватке валюты, краху кредитных программ, резкому росту инфляции и непомерно высоким ценам на западные предметы роскоши. Но все это будет иметь обратную связь с мировой экономикой — включая отказ России платить по внешнему долгу. И европейские банки тут особенно уязвимы. Так что впереди нас ждет более масштабная мировая рецессия, чем в 2014 году, констатирует Вали.
Есть еще один важный фактор, отмечает он, — готовность ЕС к поставкам летального оружия Украине на его деньги. Это выглядит наилучшей точкой для построения стратегической автономности Европы. В свою очередь, Германия уже готова полностью перестроить свою армию, потратив на нее в 2022 году 100 млрд долларов, а дальше — по 2% ВВП в год. Всего неделю назад это казалось совершенно неправдоподобным. И хотя пока неясно, приведут ли эти шаги Берлина к перестройке НАТО, в любом случае идея Макрона о вооруженных силах Европы становится актуальной как никогда.
Попутно столь радикальные изменения, очевидно, приведут к пересмотру всей фискальной политики Европы, включая расходы на “зеленую” повестку. Первым шагом здесь станет отмена Берлином запрета на закрытие всех немецких АЭС в этом году. Многое здесь зависит от позиции ЕЦБ: если он так и не встроится в общеевропейский хор солидарности, то будет лишен своей независимости.
Итак, мы стали свидетелями двух тектонических сдвигов в политике ЕС: заморозки активов ЦБ России и решения вооружить Украину. Но ни одно из этих решений не стоит ничего, если Европа не сможет быстро освободиться от импорта российского нефтегаза. И это потребует от нее поистине героических усилий.