После того как 23 июня Еврокомиссия отказала Грузии в кандидатстве в ЕС, Тбилиси получил еще один удар — отhttps://glas.ru/uploads/images_17/1605697278_org_sbxc286.jpgНАТО.
“В НАТО пока не готовы давать Грузии никаких обещаний о сроках вступления в альянс”, — заявил Столтенберг в Мадриде. И добавил несколько жизнеутверждающих фраз про “усилим поддержку”, “укрепим устойчивость” и “поможем создать потенциал”.
А ведь Грузия получила статус “страны-аспиранта НАТО” еще в 2011 году. В 2014-м на саммите в Уэльсе был утвержден пакет мер, содействующих стремлению грузин к членству в альянсе. Но дальше следовать этому сценарию Брюссель отказывается. При этом такая позиция НАТО — не сюрприз для Тбилиси.
“Мы не наивные и понимаем, что у Грузии есть территориальные проблемы, — заявил премьер-министр Ираклий Гарибашвили. — Мы сначала должны решить эти вопросы, а потом стать членом НАТО”.
Чтобы оценить особенность ситуации, вспомним, что одно время эксперты НАТО предлагали Грузии “решить эти вопросы” через признание независимости Абхазии и Южной Осетии. Но Тбилиси отказался.
Был также сценарий развивать отношения с НАТО по “турецкой вертикали” — через вступление в военно-политический союз Турция—Грузия—Азербайджан. Тбилиси вновь отказался, опасаясь “быть поглощенным исламским Востоком”, хотя ему предлагалось именно через Восток пробиваться на Запад, в Европу.
Сейчас в Грузии хорошо понимают, что при нынешней внешнеполитической конъюнктуре изменить статус-кво в Закавказье невозможно. В то же время правящая партия “Грузинская мечта” ориентирована на мирные переговоры по Абхазии и Южной Осетии с участием России. Потому что в этом формате можно дискутировать не только по территориальным проблемам.
Тем более что Грузия отказалась от санкций против РФ из-за украинского кризиса и сняла с себя синдром потенциальной “российской жертвы”. В Тбилиси теперь даже раздаются призывы “сделать главным ориентиром Грузии военный и политический нейтралитет”.
Москву такой ход событий вполне устраивает. Не случайно президент Грузии Саломе Зурабишвили нервничает, чувствуя, что вокруг меняются экономические и геополитические расклады. И не в пользу Запада.