Идея “Большой двадцатки” оформилась в 2008-м, когда страны G7 решили создать площадку для “диалога”. А фактически — для идеологической обработки и продавливания своей позиции в отношении развивающихся экономик.
Запад поставил целью сделать G20 инструментом своего влияния на страны, которые уже тогда имели и продолжали наращивать реальный вес в мировой экономике. США и их союзники мыслили себя как ядро системы глобального управления, а “двадцатку” — как ее периферию. Странам же за пределами этой конструкции отводилась роль аутсайдеров на обочине нового мирового порядка.
Сегодня ситуация коренным образом изменилась: “развивающиеся экономики” вышли на новый уровень, причем некоторые из них стали “сверхразвитыми”. Неудивительно, что роли поменялись и бывшие “учителя” из G7 стали не слишком интересны еще недавним “ученикам”. Последние порой не видят результативности от участия в “посиделках” в формате G20, преследующих главную цель — сохранение гегемонии США.
Тем не менее от предстоящего саммита G20 на Бали ожидается, что он может стать площадкой, на которую съедутся многие мировые лидеры и где могут быть приняты весомые решения, в частности способствующие разрешению конфликта на Украине.
Надо признать, что эти надежды в значительной степени носят иллюзорный характер.
Далее — в сегодняшних “Известиях”: